В философии и политологии до сих пор не существует четкого определения, какие идеи (и соответственно ценности) считать правыми, а какие левыми. Трактовок множество, и каждая из них друг друга дополняет, рассматривает это разделение с разной точки зрения. Более того, подобная система сформировалась в Западной Европе и была продуктом Эпохи Просвещения. Попадая в страны, которые развивалась несколько иначе, она сильно меняется, и первоначальные значения "правого" и "левого" стираются, а иногда парадоксальным образом переворачиваются...
Из истории вопроса
28 августа 1789 года в Версале собралось заседание Учредительного собрания, на котором обсуждали разработку новых проектов по модернизации Франции, пережившей революцию. Среди главных дискуссий был в том числе выбор между восстановлением абсолютной монархии и переходом к конституционной системе. Сторонники первого решения сидели в правой стороне зала заседания, сторонники Конституции — в левой. Первых стали называть "правыми", вторых — "левыми".
Все понятно? Ничего не понятно.
В начале XIX века начинают формироваться зачатки будущих правых и левых движений. И главный вопрос, который их разделял, был выбор между монархической и республиканской формами правления. Правые были монархистами, а левые республиканцами.
Другими словами, правые хотели оставить всё, как было веками до этого, а левые — изменений. Именно это один из ключевых принципов того, какие идеи называют в европейском понимании правыми, а какие левыми. Левые хотят изменить общество, правые — оставить сложившийся порядок вещей. Понятно, что в разных обществах порядок разный, а следовательно и преобразования тоже будут различными. Поэтому мы попадаем в первую ловушку деления правых и левых.
Первые левые были выходцами из буржуазии и городской среды, а правые поддерживали феодализм и апеллировали к ценностями деревни. И эта разница между ценностями Города и Деревни, урбанистического общества и аграрного для нас тоже очень важна. Левые ценности — ценности города, правые — деревни.
Наконец, первые правые выступали за то, чтобы сохранить иерархичность общества. В их представлении, были "высшие" социальные группы, а были "низшие". И это должно было сохраниться навсегда. Левые же настаивали на необходимости преобразовать социальную систему, чтобы сделать ее более справедливой. Таким образом, правые исходили из идеи изначального неравенства всех людей, левые — пытались привести общество к идеалу, где все разные, но при этом равные. И где ко всем относятся с уважением.
Социальный прогресс против порядка и традиции
Понятие правых и левых политических идей окончательно сформировалась к 1900 году и было связано с отношением к Делу Дрейфуса во Франции. Дело Дрейфуса окончательно поляризовало европейское общество.
С одной стороны возникли левые, которые подчеркивали необходимость защиты каждого индивида, его основных свобод и верховенства закона и особенно настаивали на социальном прогрессе и светской организации общества.
С другой стороны им противостояли правые, которые считали главным поддержание порядка и социальной иерархии, национальной идентичности, традиции, армии, а также сотрудничество государства с церковью.
Таким образом, мы получили пацифистских, республиканских и антиклерикальных левых и милитаристских, патриотических и клерикальных правых.
Это Франция, а что в России?
А в России все было сложнее. Нет, скажем прямо, — иначе. Здесь основные баталии в мире идей разворачивались не в плане противостояния прогресса и сохранения устоев прошлого, а вращались вокруг попытки понять, что мы вообще такое.
Западники считали, что Россия ввиду особенностей своего развития сильно отстала от Запада и поэтому должна его догнать и войти в лоно "европейской семьи".
Славянофилы в противовес им настаивали на том, что Россия не Европа, и в ней сложилась другая система из-за особенности славянского национального типа, принятия православия от Византии и влияния исламского мира во время подчинения Золотой Орде.
Поэтому здесь главным был другой вопрос — понять Европа ли это или не Европа, а если не Европа, то что делать и как со всем этим жить дальше?
Два взгляда на природу человека
Современные философы называют правых и левых неизбежными архетипами, которые будут присутствовать всегда. Если пытаться найти какие-либо изначальные корни каждого из них, можно возвести начало левых идей к швейцарцу Жан-Жаку Руссо с его оптимистическим взглядом на человеческую природу. В основе левых идей всегда лежит концепция "нового человека". Источниками правых идей можно назвать англичан Томаса Гоббса и Джона Локка, и этот взгляд на человеческую природу — пессимистичен. Перед нами новое разделение. На этот раз между оптимизмом и пессимизмом относительно человека.
Так в чем же состоит левый оптимизм и правый пессимизм? В первую очередь, правые считают, что человек от своей природы склонен к доминированию и подчинению. Некоторые называют это антропологическим пессимизмом. Согласно нему, установление идеала равенства в обществе невозможно, и виновата в этом наша природа. Левые же понимают принципы свободы и равенства как осуществление принципа недоминирования в обществе и универсальности социальных групп. Никакая из них не должна управлять другой, каждая их них автономна и не стремится к власти над другой.
Еще одна важна составляющая в разделении проходит по принципам эгоизма и сотрудничества.
Исходя из правых идей, человеческой природе присущ эгоистичный ген, и каждый человек руководствуется собственными интересами — в ущерб другим. Этого не исправить, так будет всегда, потому что мы такие.
Одна из ключевых ценностей левых идей — это солидарность, призыв к взаимопомощи и сотрудничеству. Иными словами, мы должны помогать один другому, и это — левая ценность.
Можно ли быть полностью правым или левым?
Конечно нет. Сегодня не существует как системы взглядов отдельно взятого человека, которую можно было бы отнести к однозначно правым или однозначно левым идеям, так и "чистых" политических движений. Многие из них совмещают черты правых и левых.
Еще в начале ХХ века испанский философ Хосе Ортега-и-Гассет писал, что "быть левым, равно как и правым, — один из бесчисленных человеческих способов быть глупым; и то, и другое — в конечно счете, — разновидность одностороннего нравственного паралича".
В ХХ веке Европа пережила как правый, так и левый тоталитаризм. Радикализм любого из этих двух взглядов на человека и общество оказался катастрофичным.
Альтернативной ему в середине ХХ века принято считать социал-демократию, или — центризм. Социал-демократию называют иногда гордостью Европы, намекая на то, что система, в которой правые и левые элементы гармонично уравновешивают друг друга, реализовалась именно здесь. Она представляет собой альтернативу той социальным и экономическим моделям, которые развивались в США и СССР. Для многих она до сих остается воплощением наименее дурного пути.
Так, весьма успешными сегодня признаны системы организации общества, где власть делится между монархией (которая сохраняет ценности прошлого и выступает в качестве символа) и левыми правительствами (которые отвечают за социальный прогресс). Такие системы сегодня существуют в странах Скандинавии, Бенилюкса, Испании и т.д. Эти страны остаются монархиями, но при этом их правительства левые, что позволяет компенсировать разрушительные моменты каждой из сторон и в итоге добиться существенных успехов.
В 2020-х заговорили о кризисе социал-демократии и центризма, поэтому в повестке дня — опасность возвращения к право-левому противостоянию.
Карта современных ценностей
Исходя из выше сказанного, можно составить небольшую карту правых и левых ценностей, как они понимаются в начале XXI века в Западной Европе.
К левым ценностям мы отнесем понимание свободы как недоминирования (важный концепт ирландского философа Филипа Петтита); универсальность и равенство социальных групп; прогрессивизм и идею развития; солидарность; равенство результатов; идеал сообщества и антиэгоизм; защиту окружающей среды; интеграцию женщин и меньшинств в общественную и трудовую сферу и т.д.
К правым ценностям мы отнесем свободу как абсолютную ценность, а также концепцию "отрицательной свободы" Исайи Берлина (каждый волен действовать так, как он хочет, пока его действия не приносят вред другим); функция государства состоит в том, чтобы недопустить, чтобы одни люди ограничивали свободу других; рациональный эгоизм; толерантность; важность традиции в формировании социальных норм и предпочтения каждой отдельной личности; неприятие радикальных изменений в обществе и т.д.
А что в Восточной Европе?
Насколько уместно применять право-левую модель к Восточной Европе, — вопрос очень дискуссионный. Из-за того, что во второй половине ХХ века здесь господствовала однопартийная модель, местная политическая система до сих пор остается продавленной. Из-за этого сохраняется и непонимание между Западом и Востоком: понятия "правых" и "левых" они воспринимают иначе. Стоит учитывать и тот факт, что Запад развился в противоположность правому радикализму, поэтому сегодня обладает очень многими левыми чертами. Восток развивался в противоположность радикализму левому, и сегодня склонен к правым идеям. Но парадокс заключается в том, что когда восточноевропейские правые, например, борются за права женщин, они сразу же становятся левыми.
Еще сложнее складывается ситуация в странах, образовавшихся после распада Советского Союза. Многие из них не ответили на вопрос первоначальной российской политической системы — мы Европа и нет, а если нет, то что? Он остается доминирующим для местных обществ. Понятия "правого" и "левого" тут сильно перемешаны. В каком-то смысле можно произнести, что наши "правые" — это левые, а "левые" — это правые, но и это будет неточным. Можно предположить, что у нас действуют различные вариации и подвиды правого дискурса, а левого как такового нет. И это будет ближе к реальности. Сейчас можно уверенно обозначить, что наши политические системы и способы организации обществ сильно отличаются от западных моделей, и чтобы их сблизить, необходимо будет потратить немало времени. Но понимание — это первый и главный шаг. Так что давайте пытаться понять вместе.
