Колонка из колонии. Зарубежные СМИ опубликовали статью Навального из тюрьмы в годовщину отравления

“Ровно год назад я не умер от отравления химическим оружием, и, кажется, немалую роль в том, что я выжил, сыграла коррупция. Разъевшая всю государственную систему коррупция коснулась и спецслужб. Когда руководство страны занято рэкетом и вымогательством у бизнеса, качество секретных операций неизбежно страдает”, — написал Навальный.

В мемуарах политики рассказывают о том, как они решали главные проблемы, с которыми сталкивается человечество: война, бедность, миграции, изменения климата, оружие массового поражения — вопросы «большой повестки». При этом борьба с коррупцией редко фигурирует в этом списке, считается «проблемой второго плана» и фигурирует только в рассказах лидеров об ошибках своих предшественников, отмечает Навальный.

«Это приводит к очевидному вопросу. Ребята, если коррупция мешает нам найти решение проблем „большой повестки”, то может, настало время сделать борьбу с ней приоритетом этой повестки?» — задается вопросом оппозиционер. Однако эта тема сложна для обсуждения и подразумевает переход на личности, считает политик. «Представьте себе встречу с Путиным по вопросу коррупции. <…> Самый богатый лидер в мире, который обокрал свою страну, приглашен обсудить, как справиться с проблемой самого себя. Очень сложно, очень неудобно», — иронизирует Навальный.

По мнению Навального, для начала борьбы с коррупцией решимость должны проявить западные лидеры — ведь «в 90% случаев украденное хранится на Западе». Из источника безграничных возможностей коррупция должна стать обеременяющей помехой для элит, окружающих автократов.

Навальный предлагает пять шагов для борьбы с коррупцией:

• Во-первых, Запад должен выделить особую категорию «стран, поощряющих коррупцию» — это позволит принимать единые меры против групп стран, а не вводить санкции против отдельных государств.
• Во-вторых, главной санкцией для этих стран должна стать «принудительная прозрачность». Вся документация о контрактах между западными компаниями и партнерами из стран, представляющих коррупционные риски, должна быть опубликована, если договоры хоть в малейшей степени связаны с государством, чиновниками и их родственниками.
• В-третьих, борьба с коррупцией без борьбы с конкретными коррумпированными личностями является чистейшим лицемерием и подрывает доверие избирателей. Пока не будут наложены персональные санкции на олигархов — в первую очередь из окружения Путина, который является ролевой моделью для коррумпированных чиновников и бизнесменов всего мира, — любая антикоррупционная риторика Запада будет восприниматься как игра и пустословие. Нет ничего более разочаровывающего, чем видеть в очередном санкционном списке имена полковников и генералов спецслужб, о которых никто никогда не слышал, но не видеть имен тех, в чьих интересах эти полковники действуют. Олигархи Путина, возглавляющие «государственные» или формально частные компании — это не бизнесмены, а лидеры организованных преступных групп. Сейчас западный истеблишмент ведет себя как собака Павлова. Вы показываете им полковника спецслужб, они кричат: «Наказать его!». Вы показываете им олигарха, который платит полковнику, и они кричат: «Пригласите его в Давос!».
• В-четвертых, у США, Великобритании и Германии есть отличные инструменты и законы для борьбы с иностранной коррупцией. Угадайте, сколько дел было возбуждено после расследований нашего Фонда борьбы с коррупцией, который теперь квалифицируется путинской властью как экстремистская организация? Правильно, ни одного. Даже западные правоохранительные органы ведут себя осторожно с коррумпированными иностранными чиновниками. С небольшой политической волей правительства это можно исправить.
• В-пятых, для противостояния экспорту политической коррупции нужно создать международный орган или комиссию. Вкладывая относительно небольшие суммы денег, Путин скупает крайне правые и крайне левые движения по всей Европе, превращая этих политиков в олигархов и собственных агентов влияния. Легализованное взяточничество часто процветает в форме членства в советах директоров государственных компаний. Бывший канцлер Германии, бывший премьер-министр Италии или бывший министр иностранных дел Австрии могут подыгрывать российскому диктатору, нормализуя коррупционные практики. Все контракты, связывающие бывших или нынешних западных политиков с деловыми партнерами из коррумпированных авторитарных стран, должны быть открытыми для общественного контроля.

«Для того, чтобы начать действовать, не нужны ни деньги, ни солдаты, ни реконфигурация промышленности или мировой политики. Только политическая воля, которой, к сожалению, часто не хватает. Общественное мнение и пожелания избирателей — вот что, наконец, может сдвинуть с мертвой точки. Тогда когда-нибудь мировые лидеры смогут написать в своих мемуарах, что они решили многие серьезные проблемы „большой повестки дня”, просто устранив их первопричину — без войск, без миллиардов долларов и без потраченных впустую десятилетий», — подытожил оппозиционер.

20 августа прошлого года Навальный впал в кому в самолете из Томска в Москву. Его экстренно госпитализировали в Омске, а затем эвакуировали в Германию. Омские врачи назвали причиной состояния оппозиционера нарушение обмена веществ с резким падением сахара в крови. При этом три европейских лаборатории обнаружили на вещах Навального и в его организме следы боевого отравляющего вещества «Новичок». The Insider и Bellingcat рассказали о восьми сотрудниках ФСБ, предположительно причастных к отравлению, передает meduza.

Российские чиновники неоднократно отрицали причастность России к отравлению и сам факт отравления. 18 августа МИД России опубликовал заявление, в котором назвал «инцидент с делом Алексея Навального» «спланированной провокацией, направленной на дискредитацию России».

В середине января Навальный вернулся в Россию после лечения в Германии. Его задержали в аэропорту, а затем Симоновский суд Москвы заменил его условный срок по делу «Ив Роше» на реальный. Позже на него завели еще одно уголовное дело — о создании организации, посягающей на личность и права граждан. Навальный отбывает срок в колонии во Владимирской области.