Марина Таубер не будет участвовать в акциях протеста, по меньшей мере, ближайшие 30 дней. Депутата от партии «Шор» вернули под домашний арест. Так сегодня постановила Апелляционная палата Кишинёва, рассмотрев запрос прокуроров.
Таубер назвала решение политическим, якобы принятым по инициативе министра юстиции и двух депутатов от ПДС. Сергей Литвиненко, не ответил на телефонные звонки, чтобы прокомментировать обвинения, а Раду Мариан, имя которого Таубер также назвала, заявил, что ни он, ни его коллеги по партии никогда не оказывали давления на судебный процесс.
После 30-минутного совещания судьи Апелляционной палаты высказались по обращению прокуроров, которые оспорили решение суда столичного сектора Чеканы, согласно которому Марина Таубер была освобождена из-под домашнего ареста и помещена под судебный контроль. Таким образом, с сегодняшнего дня и до 25 ноября депутат будет находиться под домашним арестом.
"Это очередной удар по правосудию по указанию министра юстиции Серджиу Литвиненко", - сказала Таубер.
Адвокаты Таубер также подали жалобу в Генеральную прокуратуру на имя министра юстиции Сергея Литвиненко и двух депутатов PAS, Раду Мариана и Дмитрия Алайбы. Они просят привлечь их к ответственности за давление в системе правосудия после того, как те якобы разместили сообщения в соцсетях с выражением своего недовольства решением, принятым чеканским судом, который освободил народную избранницу из-под домашнего ареста.
С другой стороны, прокурор по борьбе с коррупцией Геннадий Йепуре заявил, что представил достаточные доказательства, указывающие на вину депутата и аргументирующие необходимость помещения Марины Таубер под домашний арест.
Марину Таубер задержали в конце мая по уголовному делу о незаконном финансировании партии «Шор». По версии прокуроров, было установлено, что партия сознательно принимала деньги сомнительного происхождения от преступной группы, которые использовались в интересах партии, например, в виде гонораров артистам, зарплат членам полдитформирования и организаций протестных акций. Деньги поступали в Молдову в виде переводов и конвертаций, в том числе в криптовалюте, а для маскировки происхождения финансовых средств использовались различные каналы финансирования, такие как Дубай, Вена, Монако.
Таубер всякий раз обвинения отвергала.
