Потерял родственников и друзей, лишился дома и имущества. Однако, несмотря на тяжесть утрат, остался благодарен судьбе, что его семье удалось спастись из-под обстрелов. Эта история Михаила из Мариуполя, которого репортеры TV8 встретили в центре Кишинева недалеко от палаточного городка протестующих.
В беседе с журналистом мужчина сравнил сегодняшние демонстрации, организованные партией “Шор”, с пророссийскими акциями в Мариуполе, которые прошли там около восьми лет назад.
“Я - русскоязычный. То, что сейчас у вас происходит, было у нас в 2014 году. Мой сосед, младше меня на 10 лет, тогда тоже так стоял. Однако, когда наш город начали бомбить, российские военнослужащие вывели его на улицу и выстрелили ему в лоб. (...) 25 февраля Мариуполь уже был в блокаде, город бомбили, под обстрелами оказались моя мать и дочь. Мне повезло - моя семья выжила”, - рассказал мужчина.
Как добавил Михаил, другим его родственникам не удалось покинуть город, потому как супруг двоюродной сестры его матери был прикован к постели. В итоге, по словам мужчины, вся семья погибла в собственном доме в результате обстрела.
Михаил считает, что возможный приход пророссийско настроенных политиков к власти в Молдове лишь ухудшит положение дел в стране.
“Я понимаю, что вам предстоит тяжелая зима по газу, но это все же не спать на улице под бомбежками. Бесплатный газ Россия вам не предоставит, она может вам дать только войну. Может быть, нынешний президент кому-то неудобен, но если его сменят эти политики, у вас будет еще хуже, не дай Бог. У нас все началось с такой же ситуации - также ходили на протесты и хотели заработать деньги. Не ведитесь, никакие деньги не отмоют чужой крови и чужой смерти” - подытожил мужчина, пожелав гражданам Молдовы мира.
Бои за Мариуполь оказались самыми ожесточенными на первом этапе российского вторжения в Украину. Впоследствии город оказался разрушен на 90%. Электричества и воды во многих домах по-прежнему нет. До российского вторжения Мариуполь считался одним из самых успешно развивающихся украинских городов. Установить точное количество жертв среди гражданского населения сейчас невозможно.
