Область государственных закупок сопряжена с коррупциогенными рисками, ведь здесь «крутятся» огромные публичные деньги, выделяемые на приобретение товаров, услуг и работ. Формы у коррупции в данном секторе могут быть самые разные — от присвоения правительственных контрактов знакомым в ущерб прозрачному и состязательному процессу до создания монополии с целью оказать влияние на процедуру закупки. Хотя правовые рамки в сфере госзакупок устанавливают четкие правила процесса их осуществления, нарушения здесь сохраняются. Как показывают официальные данные, на протяжении последних пяти лет в Республике Молдова совершено свыше 70 нарушений, касающихся госзакупок. В указанный период судебные инстанции вынесли один только обвинительный приговор.
Коррупция в сфере госзакупок: факты и цифры
За последние пять лет Национальный центр по борьбе с коррупцией (НЦБК) рассмотрел в общей сложности 74 уголовных дела по преступлениям в области государственных закупок. Как отметил заведующий Отделом методической помощи НЦБК Вячеслав Ионесие, 38 из этих дел закрыто, 16 переданы другим органам по уголовному преследованию, а 16 были завершены и направлены в судебные инстанции. Данные Регистра криминалистической и криминологической информации Министерства внутренних дел показывают, что только по одному из 12 уголовных дел, направленных в суд, был вынесен обвинительный приговор.
Представители Ассоциации по эффективному и ответственному управлению (AGER) бьют тревогу: случаев коррупции в сфере госзакупок, расследованных НЦБК, крайне мало по сравнению с размахом данного явления. «Тот факт, что вынесен лишь один обвинительный приговор за коррупцию в области госзакупок, говорит о нежелании профильных органов бороться с этим явлением. К этому выводу мы пришли и по итогам подаваемых нашей ассоциацией обращений, в которых указываем на общественный интерес, подрываемый в подобных случаях. НЦБК почти каждый раз отвечает, что синтагма «общественные интересы» в коррупционных преступлениях, предусмотренных статьями 327 и 328 Уголовного кодекса, была признана неконституционной, следовательно, они уже не приступают к рассмотрению дела. Складывается впечатление, что НЦБК ждет, чтобы само лицо, подающее обращение, представило доказательства как по фактам, так и по ущербу, причиненному физическому либо юридическому лицу в результате коррупционного деяния, для того, чтобы затем ведомство инициировало определенные действия. Мы однако считаем подобный подход неправильным», — заявила координаторка проектов в AGER Ольга Диакону.
В настоящее время НЦБК рассматривает восемь уголовных дел, возбужденных за преступления в области госзакупок. В частности, ведомство занимается уголовным делом, открытым в начале июня текущего года против чиновника из Флорешть, обвиняемого в заключении договоров на сотни тысяч леев за работы, которые не были выполнены. Речь идет о заведующем Отделом строительства, коммунального и дорожного хозяйства Флорештского районного совета, в отношении которого начато уголовное преследование по факту злоупотребления властью. Его подозревают в том, что в 2021 – 2022 годы он благоприятствовал ряду экономических агентов, которые заключили с Флорештским райсоветом договора о предоставлении услуг по дорожному ремонту. Хотя договора были подписаны и по ним были выплачены около 615 тыс. леев, НЦБК утверждает, что «существует разумное подозрение о том, что работы не были выполнены». В сообщении для прессы, распространенном 5 июня с. г., НЦБК проинформировал, что «в соответствии с материалами, накопленными в ходе следствия, выяснилось, что служащий Совета согласовывал действия двух экономических агентов через подставных лиц, а в 2020 – 2022 годы соответствующие экономические агенты смогли заключить с Флорештским райсоветом договора на общую сумму 11.925,303 леев».
В беседе с корреспонденткой Ассоциации независимой прессы (API) заведующий Отделом строительства, коммунального и дорожного хозяйства Флорештского районного совета назвал возбужденное против него уголовное дело политзаказом. «Меня шокировали выдвинутые обвинения. Я потребовал доказательств. Если они у них есть, то никаких проблем. Будь у них (прим. ред: у НЦБК) доказательства, думаю, я уже давно был за решеткой, но по сей день ничего не подтвердилось и они ничего не нашли. Раньше я состоял в некой политической команде, но сейчас уже не состою в ней. У меня были предложения, которые я не хочу принимать. Не только я, все уже знают, что это был политзаказ. То, что мне предъявляли, далеко от действительности. Посмотрим, что будет дальше. Подождем».
Если чиновника признают виновным, ему грозит штраф в размере до 2350 условных единиц (то есть до 117.500 леев) или тюремное заключение сроком от двух до семи лет, причем в обоих случаях — с лишением права занимать определенные должности или осуществлять определенную деятельность в течение от пяти до десяти лет.
Никаких сигналов по Горячей антикоррупционной линии
На просьбу прокомментировать ситуацию, представители Агентства государственных закупок (АГЗ) уточнили, что они постоянно следят за соблюдением требований к проведению процедур госзакупок. Вместе с тем, при выявлении нарушений, решение вмешаться остается за закупающим органом. Эксперты АГЗ также пояснили, что составляемые ведомством отчеты носят лишь рекомендательный характер, они не обязательные для закупающих органов. Соответственно, решение устранить отклонения, на которых указывается в мониторинговых отчетах, принимает рабочая группа закупающего органа.
В Агентстве госзакупок действует Горячая антикоррупционная линия. Позвонив по номеру 022-820-706, граждане могут сообщить о фактах коррупции в данной области. Также уведомить о нарушениях можно и по адресу электронной почты anticoruptie@tender.gov.md. Как уточнили в ведомстве, за последние пять лет по Антикоррупционной линии не поступало никаких сигналов о случаях коррупции.
Риски и решения
Коррупция в процессе госзакупок чревата целым рядом рисков, в том числе снижением объема товаров, работ или услуг, ухудшением их качества и/или более высокими закупочными ценами, утверждает независимый эксперт в области государственных закупок Сергей Мержан. Так, закупки перестают соответствовать общественному интересу либо не решают острые проблемы. «Кроме того, закупаемые при наличии коррупциогенных факторов товары, услуги или работы могут оказаться вредоносными или даже могут поставить под угрозу жизнь и здоровье людей либо могут привести к дополнительным издержкам», — утверждает эксперт.
Хотя правовые рамки в области государственных закупок устанавливают четкие правила организации и осуществления процесса закупок, проблемы появляются, как правило, при применении этих самых процедур. «Для повышения эффективности мер по предупреждению коррупции в этой сфере необходимо повысить прозрачность процесса закупок, провести цифровизацию, ввести элементы искусственного интеллекта и, не в последнюю очередь, укрепить потенциал закупающих и надзорно-контрольных органов», — поясняет С. Мержан.
Представительница AGER Ольга Диакону подчеркивает, что коррупция в госзакупках оборачивается неразумным расходованием публичных денег, а это сказывается и на гражданах, и на деловой среде, так как происходит искажение конкуренции. По мнению экспертки, уровень коррупции в области государственных закупок можно уменьшить с одной стороны за счет повышения эффективности механизмов применения санкций, а с другой — путем повышения степени прозрачности, что позволит гражданам и гражданскому обществу следить за тем, как тратятся публичные деньги. «В качестве граждан мы может требовать от закупающих органов отчета о порядке использования публичных средств. Мы даже вправе потребовать, чтобы нас включили в качестве члена, наделенного правом консультативного голоса, в состав рабочей группы закупающего органа по осуществлению интересующей нас закупки», — подытожила координаторка проектов в AGER Ольга Диакону.
Екатерина Арвинтий,
журналистка, Ассоциация независимой прессы (API)
Этот материал разработан при поддержке проекта «Укрепление верховенства закона и механизмов борьбы с коррупцией в Республике Молдова», финансируемого совместно Европейским Союзом и Федеральным министерством экономического сотрудничества и развития Германии (BMZ) и реализуется Обществом международного сотрудничества Германии (GIZ). Выраженные мнения принадлежат авторам и не отражают в обязательном порядке позицию финансирующих структур и GIZ. Финансирующие структуры и GIZ никоим образом не влияют на выбор темы материала.
