Виолета училась во Франции, когда решила открыть аккаунт на онлайн-платформе, на которую доступ можно было получить только по платной подписке и на которой создатели контента могут публиковать материалы, в том числе интимного содержания, исключительно для своих подписчиков. Это было осознанное решение, девушка понимала, что такой род занятий будет для нее временной мерой — деньги нужны были для частичного покрытия расходов, связанных с арендой жилья во время экзаменов.
Через два месяца она удалила свой аккаунт, но в нынешнем году, то есть три года спустя, случилось нечто, что нарушило ее покой. В июле она заметила на экране телефона уведомление о том, что аккаунт с ее именем подписался на ее посты в «Инстаграме».
На аватарке была фотография Виолеты, но аккаунт был приватным, поэтому она сразу же отправила запрос на подписку. Девушка думала, что это глупая шутка или же кто-то из подружек дразнит ее либо пытается устроить ей розыгрыш. Через три часа владелец фейкового аккаунта принял ее запрос, а увиденное там заставило потерять ее дар речи.
«Я задрожала. Это были мои старые, сделанные четыре года назад, откровенные снимки. Я не понимала, как они туда попали, ведь мой аккаунт на той злополучной платформе я давно удалила, да и вообще я была там активной всего пару месяцев. Но больше всего я опасалась, что в подписчиках у того аккаунта мог оказаться кто-то из моей семьи, из сослуживцев, из коллег по лицею. Было ясно, что аккаунт создал человек, который отлично меня знает», — вспоминает Виолета.
В отчаянии она отправила владельцу аккаунта несколько сообщений, в которых умоляла удалить выложенный контент, и даже предложила деньги. «Я чувствовала, что он или она намеревались свести меня с ума. Владелец аккаунта видел мои сообщения, но отвечал только через несколько дней, а за это время все больше людей из моего круга видели те снимки. Подруги стали жаловаться на соответствующий аккаунт, предлагали и другим пожаловаться, однако аккаунт не исчезал», — рассказывает девушка.
В конечном счете, спустя неделю она получила сообщение примерно такого содержания: «Ты поплатишься за все ошибки в твоей жизни», затем аккаунт удалили. По словам Виолеты, та неделя показалась ей целым годом. Подруги поддерживали, но замечания членов собственной семьи сильно ее ранили. За неделю девушка похудела на три килограмма, ее постоянно рвало и тошнило.
«Я чувствовала себя виноватой за то решение, за то, что прибегла к такому способу заработка, но еще больше я винила себя за то, что в моем кругу есть люди, готовые сводить счеты таким образом, как будто они судьи или даже сам Господь Бог», — говорит Виолета.
В себя девушка приходила долго. Ей было непросто в тот период. Она перестала пользоваться «Инстаграмом», отказывалась от участия в семейных мероприятиях, перестала выбираться куда-то. Через два месяца начала посещать терапевта.
«Мне казалось, что я заново учусь ходить. Постепенно стала делиться со своими подписчиками запечатленными красивыми моментами, которые замечала на улице, по дороге на работу, — дело в том, что я увлекаюсь фотографией. Затем осмелела и время от времени выкладывала и снимки с собой. И это было самое сложное. Когда я выкладывала фотографию с собой, каждый раз задавалась вопросом: интересно, а люди, которые видят снимки со мной, помнят те самые откровенные фото? Хотя на тех фотографиях я не была полностью обнажена и, по сути, у меня даже не было причин стыдиться их по-настоящему, в моем случае логические аргументы не выдерживали перед гнетом переживаний и стыда», — добавляет наша собеседница.
Порой она надеется узнать, кто же создал тот аккаунт, потом ей удается полностью забыть о случившемся. Но, по словам Виолеты, все же редко бывает так, чтобы она не вспоминала о тех событиях, что ее не мучают угрызения, чувство вины и стыда.
Как такие случаи сказывается на жертвах
Мы поговорили с психотерапевткой Марчелиной Унку о наиболее частых эмоциональных и психологических реакциях жертв распространения интимных изображений без их согласия. Во-первых, у них возникает страх и тревожность. Жертвы начинают опасаться за свою личную безопасность. Они боятся осуждения общества, постоянно переживают, что фотографии увидят знакомые, что снимками поделятся. Ситуация усугубляется, когда распространение фото без согласия запечатленной на них жертвы сопровождается преследованиями или угрозами. В таком случае начинаются нарушения сна, кошмары, бессонница, беспокойный сон, а это приводит к тому, что человек просыпается часто и резко.
Кроме того, у жертв снижается самоуважение, они начинают покидать свои социальные круги, уединяются, ограничивают общение с другими людьми (родными, друзьями, коллегами и пр.). Затем из-за сильного чувства вины и стыда, которое одолевает жертв, у них могут быть приступы сильной депрессии, даже могут появляться суицидальные мысли и идеи.
У многих жертв может развиться посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР), к примеру, постоянное проигрывание случившегося в голове, повышенная настороженность, сложности с концентрацией.
Что заставляет агрессоров прибегать к подобным действиям?
К самым частым причинам, по которым некоторые люди прибегают к таким действиям, относятся обида, гнев, фрустрация. То есть агрессор ощущает необходимость отомстить в силу различных причин, к примеру, из-за расставания или из-за того, что он чувствует несправедливость, поэтому хочет наказать за это. Обычно такие люди отличаются эмоциональной незрелостью, они прибегают к подобному поведению, именно в силу неспособности по-взрослому управлять своими эмоциями — гневом, фрустрацией, недовольством.
И люди, у которых очень сильна потребность в социальном одобрении, которые жаждут, чтобы их заметили и признали, тоже могут прибегать к такой жестокости в попытке заручиться одобрение определенной социальной группы или завоевать статус в ее глазах: они считают, что такого рода поведение обеспечивает им превосходство.
Агрессорами, распространяющими изображения интимного плана, зачастую могут оказаться люди с нарцисистским или антисоциальным расстройством личности. Нарцисисты считают себя самыми важными и правильными, они не чувствуют эмпатии по отношению к жертве. А страдающие антисоциальным расстройством личности — импульсивные люди, у которых нет никаких угрызений совести и которые могут жестоко манипулировать другими.
Но всех этих людей объединяет отсутствие эмпатии, они не в состоянии понять эмоциональные страдания, которые причиняют своим жертвам, да и не переживают по этому поводу.
Процесс психологической реабилитации жертв «слива» интимных изображений в сеть
Процесс психологического восстановления должен происходить с нескольких сторон, а именно:
1. Семье, коллегам, друзьям следует поддерживать жертву, подбадривать, выслушивать и не осуждать ее.
- Юридические консультации — жертве нужно, чтобы кто-то помог ей понять свои права, заявить на агрессора (если знает его/ее) и управлять распространенной в сети информацией с целью ее удаления.
- Психотерапия — эти сеансы обеспечивают эмоциональную реабилитацию, помогают восстановить чувство безопасности, «вылечить самоуважение», вернуться в социальные группы, учат управлять всеми симптомами: ПТСР, тревожностью, страхом, виной, стыдом и депрессией.
- Участие в группе поддержки, где жертвы могут делиться пережитым, рассказывать о своих чувствах, страхах и состояниях, где они будут чувствовать, что их выслушают, услышат и примут.
Оксана Грядченко, Moldova.org
Эта статья подготовлена в рамках проекта ЮНИСЕФ «Ответ на насилие против девочек и женщин в онлайн-среде и в схожих условиях», который внедряется Ассоциацией независимой прессы (API) при финансовой поддержке Министерства экономического сотрудничества и развития Германии (BMZ) посредством Германского банка развития (KfW). Мнения, выраженные в этой статье, принадлежат авторам и не отражают в обязательном порядке точку зрения доноров.
