19 февраля 2026, час 08:05

Понятно желание быстрее раскрыть и завершить в суде громкие уголовные дела, предъявив результат обществу. Но необходимо помнить, что скорость никогда не являлась индикатором качества юстиции. Спешка может привести к ошибкам, что в конечном итоге негативно отразится на уровне доверия к юстиции. С таким мнением выступил 18 февраля эксперт в области права сообщества WatchDog Александр Бот в программе "Новая неделя с Анатолием Голя" на TV8.

"Скорость никогда не являлась индикатором качества юстиции. Когда дела рассматриваются в ускоренном режиме, может появляться ощущение, что они как будто подпитаны политическими интересами. (...)

Мы можем очнуться в ситуации, когда по определенным [громким] делам, исходя из нашего желания как-то показать обществу, что мы быстро все рассмотрели, в конечном итоге окажется, что мы неправильно их расследовали. Я бы рекомендовал остановиться, приглашать прессу на каждое судебное заседание, чтобы все смотрели процесс от "А до Я" (...) чтобы приговор, оправдательный или обвинительный, не вызывал сомнений", — заявил Бот.

Еще один эксперт в области права в студии TV8 Фадей Нагачевский добавил, что не понимает, по какому принципу делам дают приоритет и почему одни дела рассматривают ускоренно, а другие длятся годами. По его мнению, система должна делать выбор в пользу тщательного рассмотрения дела, а не скорости. 

"Система должна быть крайне осторожна и такие дела должны быть очень чистыми с процессуальной точки зрения. Для того чтобы не было возможности через несколько лет его аннулировать на основании решения ЕСПЧ. Мы торопимся, боясь что дело затянется на 2-3 месяца дополнительно, но это очень рискованно с точки зрения правового государства", — заявил Нагачевский. 

Лидер "Партии перемен", юрист Штефан Глигор выступил в поддержку приоритизации уголовных дел. Он отметил, что в условиях нехватки судей, веттинга и других проблем в юстиции, количество дел на одного судью продолжает копиться. Поэтому должно быть понимание, что дела о большой коррупции должны рассматриваться в приоритетном порядке, но не в ущерб качеству рассмотрения дела. 

Он отметил, что по его мнению, проблема не столько в скорости рассмотрения дел, а в том, что "война с коррупцией" в Молдове так и не объявлена за долгие годы и коррупция на всех уровнях остается серьезной проблемой.

18 февраля 2026, час 22:42

Вызов экс-лидера Демпартии Владимира Плахотнюка свидетелем по делу "о кульке", где экс-президент и председатель ПСРМ Игорь Додон обвиняется в получении взятки от того же Плахотнюка — последний акт дискредитации юстиции и прокуратуры. Когда один человек берет взятку, а другой дает — они оба должны фигурировать в этом деле в статусе обвиняемых в коррупции. С таким мнением лидер "Партии перемен", юрист Штефан Глигор выступил 18 февраля в программе "Новая неделя с Анатолием Голя" на TV8.

"Это просто смешно. Привлекать человека, который осуществлял коррупционные действия в качестве свидетеля по делу Додона, кто и был бенефициаром этой взятки. Это последний акт дискредитации юстиции и прокуратуры. Потому что, если один человек даёт взятку, а другой берёт — то это активная и пассивная коррупция, преступление двух актах. 

Плахотнюка же вызвали в качестве свидетеля. По публичной информации, у него никакого процессуального статуса по данному эпизоду, хотя по-хорошему, его нужно было обвинять в даче взятки, в активной коррупции. Должно было быть одно дело и все соучастники должны были получить свой статус в его рамках. Но прокуратура увидела Додона, но не увидела коррупционные действия со стороны Плахотнюка. И вызвала его как свидетеля. Подтвердить, что он дал деньги, оговорить себя", — высказался Глигор. 

Он рассказал, что ранее предполагал возможность договоренностей прокуратуры с Плахотнюком, чтобы он дал показания по делу Додона в обмен на смягчение наказания, но его отказ на последнем заседании говорит, что прокуроры просто "сели в лужу" и у следствия нет прямых доказательств по этому делу против Додона. Только показания некоторых свидетелей, которые тоже не могут ничего уверенно утверждать, считает Глигор. 

Другой гость программы, эксперт в области права сообщества WatchDog Александр Бот добавил, что процессуальный закон прямо предусматривает, что в суд нельзя вызывать и допрашивать лицо, у которого есть другой статус в этом же деле. Плахотнюка привезли в суд насильно, затем напомнили ему там, что он имеет право не свидетельствовать против себя, чем тот и воспользовался. Это была "пустая трата времени", констатирует Бот.

Еще один эксперт в области права в студии Фадей Нагачевский высказал предположение, что у следствия были свои мотивы для заведения отдельных дел. В данный момент дело Плахотнюка находится только на этапе предварительного следствия и когда оно попадет в суд, тот уже в качестве обвиняемого выскажет свою позицию. 

17 февраля экс-лидера Демпартии Владимира Плахотнюка принудительно доставили в Высшую судебную палату для дачи показаний по делу "о кульке", однако он отказался говорить, сославшись на свой процессуальный статус. Его адвокат пояснил, что любые показания сейчас могут нарушить его право на защиту. Додон пришел на заседание позже и с Плахотнюком не пересекся.

***

Дело против Додона

По так называемому делу "о кульке" бывший президент Игорь Додон обвиняется в пассивной коррупции и получении финансирования для ПСРМ от преступной организации. По версии обвинения, Додон потребовал от тогдашнего лидера Демпартии Владимира Плахотнюка и его доверенного лица Сергея Яралова от 600 тысяч до 1 млн долларов на финансирование Партии социалистов. Согласно материалам дела, взамен на эти средства Додон, будучи президентом Молдовы, обещал Плахотнюку договориться с Кремлем о создании правящей коалиции между демократами и социалистами, оставив блок ACUM в оппозиции.

Основанием для возбуждения уголовного дела стала видеозапись 2019 года, на которой во время приватной беседы Плахотнюк предложил Додону взять черный пакет. Прокуроры считают, что в нем могло находиться до 1 млн долларов, которые предназначались для финансирования Партии социалистов и выплаты зарплат некоторым ее функционерам. Додон пакет не взял, но попросил передать его некоему Косте.

Сам экс-президент Молдовы считает, что в материалах дела содержатся несколько десятков процессуальных нарушений. Додон утверждает, что видео смонтировано, а прокуроры представили доказательства, которые нельзя считать законными. Свою вину он категорически отрицает.

В случае обвинительного приговора политику грозит до 20 лет лишения свободы.